18+
Материалы нашего сайта не предназначены для лиц моложе 18 лет.
Пожалуйста, подтвердите свое совершеннолетие.
Пожалуйста, подтвердите свое совершеннолетие.
Одной из рекордных продаж на июльских торгах Christie’s 2011 года стал уход за £22,4 млн картины художника-анималиста Джорджа Стаббса «Джимкрек на Нью-маркетской пустоши с тренером, конюхом и жокеем». Произведение британского живописца, считающегося сугубо региональным, оказалось шестым в престижном списке топ-лотов «старых мастеров», преодолевших отметку в £20 млн, и заняло место среди творений Рубенса, Рембрандта, Рафаэля, Тернера и Понтормо. Со всей живописной и графической конюшней Стаббса можно познакомиться на его первой европейской ретроспективе, открытой с февраля в мюнхенской Новой Пинакотеке.
Переход художника из национальной команды в международную сборную, если воспользоваться спортивной терминологией, случается нечасто (речь идет о «старых мастерах», то есть о художниках XIV — начала XIX века; у рынка modern и contemporary art — свои правила игры). На тех кафедрах истории искусства, где не очень глубоко вникают в проблему the Еnglishness of English art, обычно мало, а то и вовсе не говорят о Стаббсе. Считается, что его взнос в мировую историю искусства не слишком велик — все же не Тернер. В Великобритании придерживаются другого мнения, а Национальная галерея в Лондоне гордится своими «стаббсами» не меньше, чем Леонардо, Гольбейном и Тицианом.
О художнике-анималисте (его еще называют мастером sporting picture), вероятно, с большим знанием дела, чем искусствоведы, судят завсегдатаи ипподромов и жокей-клубов. И конечно, его высоко ценят в старинных британских семействах как частицу памяти о старой доброй Англии с традиционными выездами, дерби и охотой на лис. Со своими «стаббсами» там расстаются лишь в исключительных случаях. За ними же от Англии до Америки и Австралии охотятся весьма состоятельные покупатели, менее состоятельные готовы приобретать даже работы с пометкой after Stubbs, каковых на рынке немало. Аукционные дома и дилеры разделяют эту любовь к художнику, из года в год назначая все более высокие эстимейты на его работы.
Сказать, что Джордж Стаббс (1724–1806) был просто талантливым художником-анималистом, значит превзойти в сдержанности самих англичан. Иппоживописцев («лошадников») в Англии хватало и до, и во время, и после Стаббса: Джеймс Сеймур и Джон Вуттон, затем Саури Гилпин, а позднее Бенджамин Маршалл и так далее. Однако только Стаббсу удалось, насколько это было возможно, поднять статус анималистической живописи, считавшейся в академической иерархии жанров третьестепенной, почти до второго ранга, то есть до искусства портрета. Действительно, он был самым настоящим портретистом, запечатлевшим благородных Эклипса, Шарка, Баронета, Пампкина, Годольфина, Уистлджакета и Джимкрека — всю эту чистокровную лошадиную аристократию времен Георга III, а затем и Георга IV. Разумеется, в стиле современного ему классицизма. Классику же Стаббс после недолгой учебы у Гамлета Уинстенли, последователя известного Готфри Неллера, практики в анатомичке и на скотобойне изучал по антикам и творениям мастеров Возрождения в Риме.
Как новый Поликлет, Стаббс составил лошадиный канон, один из примеров которого — знаменитый Уистлджакет из Национальной галереи в Лондоне. Пожертвовав анатомией животного, в которой он, как никто, знал толк (специалисты и поныне высоко ценят его атлас «Анатомия лошади» 1766 года), Стаббс художественно вывел породу благородного коня: очень тонкие ноги, мощный круп, в сторону которого (видимо, удивленно), едва справляясь с толстой шеей, обернулась маленькая гривастая головка. По отзывам недоброжелателей, скакун-рекордсмен, которого художник писал прямо в мастерской, остался недоволен своим слишком идеализированным портретом, а потому лягнул его копытом. Возможно, так оно и было: аристократы зачастую капризны.
Если Уистлджакета принять за парадный портрет вельможи a-ля Рейнолдс, то уже упомянутый Джимкрек не что иное, как портрет воителя: на первом плане он среди «адъютантов» — конюха и жокея, на втором — выигрывает сражение, то есть в скачке обгоняет конкурентов. Однако Стаббс не был чужд и некоторого сентиментализма, сопутствовавшего классицизму. Немало картин им было написано на сюжет «кобыла с жеребятами» у реки или в роще — своего рода трогательные семейные портреты на лоне природы кисти «лошадиного» Гейнсборо.
Давая отдых чувствительности, Стаббс нередко позволял себе брутальность и жестокость. Можно сказать, что он не только показал, каково на вид благородное животное, но и какое оно на вкус. Считается, что кровожадные сцены нападения львов и леопардов на лошадь появились у него после посещения Северной Африки (некоторые полагают, что художник по пути из Италии в Англию заезжал в Марокко). Хотя нельзя сбрасывать со счетов и его прежние анатомические опыты на скотобойне и, возможно, как сказал бы психоаналитик, рецидивы детского травматизма (Стаббс — выходец из семьи скорняка и торговца кожами). В то же время пристрастие к кровавым зрелищам, если верить писателю Питеру Акройду, было такой же приметой старой доброй Англии XVIII века, как прогулки на пленэре. Так или иначе, хищники Стаббса впоследствии произвели большое впечатления на художников эпохи романтизма. К примеру, Теодор Жерико написал своего «Королевского тигра у ручья» after Stubbs. Так что определенный вклад в мировое искусство британский анималист все же сделал.
Стаббсу посчастливилось оказаться в нужное время в нужном месте — во второй половине 1750-х годов в Лондоне, неподалеку от которого в Нью-Маркете уже собирались первые члены элитного жокей-клуба. Через конюшню школы верховой езды в Сохо, точнее, при посредничестве ее владельца Генри Анджело он вышел на высокопоставленных заказчиков: герцога Ричмонда, виконта Болингброка, графа Спенсера, маркиза Рокингема, лорда Гросвенора. Наконец, он сумел заручиться благосклонностью принца Уэльского, будущего короля Георга IV, для которого и написал его любимцев Фаэтона и Томаса.
Сколько получал художник за портреты жеребцов-рекордсменов, точно неизвестно. Считается, что в лучшую пору он запрашивал по 100 гиней за работу (1 гинея = 1 фунту и 1 шиллингу золотом). Маркиз Рокингем заплатил ему за Уистлджакета 60 гиней. Свой иск в отношении одного задолжавшего заказчика Стаббс оценил в 300 гиней (скорее всего, в эту сумму вошли и судебные издержки). Если учесть, что в лучшие времена заказов было немало, то возникает образ вполне обеспеченного художника. Но лучшие времена не бывают особенно долгими. Приготовления к войне с Францией отвлекли многих клиентов Стаббса от sporting picture, и ему приходилось перебиваться редкими заказами, которыми он занимался в перерывах между работой над квазинаучным трудом «Сравнительная анатомия человека, тигра и птицы». Спустя 21 год после смерти художника все 142 рисунка из так и неопубликованного атласа были проданы на аукционе Christie’s. Причем скопом и, видимо, за весьма незначительную сумму. Только в 1957 году подборку листов обнаружили в Публичной библиотеке Вустера (Массачусетс, США).
О Стаббсе забыли почти на полтора столетия. Парадоксальным образом именно из-за его почитателей, которые просто не хотели выставлять дорогих их сердцам «стаббсов». Случилось так, что стаббсовскую Англию открыл американец — Пол Меллон. Сын известного финансового магната Эндрю Меллона, обучаясь в Кембридже, проникся британским духом. Сначала в конюшне (он обзавелся собственной фермой), потом на скачках. В конце концов он променял охоту на лис на охоту на «стаббсов». Первой покупкой Меллона, сделанной по наводке профессора колледжа Бэзила Тейлора, стал «Жеребец Пампкин», который обошелся ему в 1936 году в £5 тыс.
Со временем в художественной конюшне Меллона оказалось еще 15 «стаббсов», не считая большой подборки графики. Свою коллекцию (около 400 холстов британских художников) англоман-филантроп передал в 1977 году в Йельский центр британского искусства в Нью-Хейвене (США). Охота на «стаббсов» с большим или меньшим успехом продолжилась в 1960–1970-е годы. Но насколько Стаббс дорог для островного патриотизма, выяснилось лишь в 1997 году, когда Фонд лотереи «Национальное достояние», собрав сумму в £11 млн, выкупил у потомков маркиза Рокингема знаменитого «Уистлджакета», который перешел в Национальную галерею. На июльском аукционе 2010 года Sotheby’s картина «Кобыла с жеребятами на берегу реки» предлагалась за £10–15 млн (ушла все же за £10,1 млн). Интерес был подогрет и ретроспективой мастера, прошедшей в 2006 году в Галерее Тейт. И вполне понятно, что на июльском Christie’s «Джимкрек» стартовал уже с отметки в £20 млн.
Из соображений конфиденциальности аукционные дома не афишируют имен покупателей. Но все же можно предположить, что те, кто не скупясь приобретает верных «стаббсов», покупают не только качественную живопись с безукоризненным провенансом, но и своего рода клубную карточку, позволяющую если и не войти, то хотя бы приблизиться к обществу, в котором всегда знали, что такое the Englishness of…
